Li͡ubovʹ v serebri͡anom veke : istorii o muzakh i zhenakh russkikh poėtov i pisateleĭ / Elena Pervushina.
Любовь в серебряном веке : истории о музах и женах русских поэтов и писателей Елена Первушина.

Format:

Book

Author/Creator:

Pervushina, E. (Elena), author.

Первушина, Е. (Елена), author.

Contributor:

Harry E. Humphreys Book Fund.

Language:

Russian

Subjects (All):

Authors, Russian--20th century--Relations with women.

Authors, Russian.

Authors' spouses--Russia.

Authors' spouses.

Silver age (Russian arts).

Russian literature--20th century.

Russian literature.

Russia--Intellectual life--1801-1917.

Russia.

Intellectual life.

Physical Description:

444 pages : illustrations, portraits ; 21 cm

Place of Publication:

Moskva : T͡Sentrpoligraf, 2021.

Москва : Центрполиграф, 2021.

Language Note:

In Russian.

Summary:

"K momentu zarozhdenii͡a kulʹtury Serebri͡anogo veka strane tolʹko predstoi͡alo perezhitʹ Krovavoe voskresenʹe i uzhasy Pervoĭ mirovoĭ. No predchuvstvie bedy uzhe zrelo. Bylo i͡asno, chto prezhni͡ai͡a zhiznʹ prodolzhatʹsi͡a ne mozhet. I poėzii͡a, muzyka, zhivopisʹ, kak nati͡anutye struny, rezonirovali s ėtoĭ drozhʹi͡u... Geograficheskie ramki Serebri͡anogo veka uzki -- v osnovnom ėto Moskva i Peterburg. Bolʹshinstvo poėtov i poėtess byli znakomy i stremilisʹ uvidetʹsi͡a. I, razumeetsi͡a, oni pisali drug drugu stikhi, i ėti stikhi luchshe vsego predstavli͡ai͡ut ėpokhu. Poėtomu oni okazalisʹ tak vazhny na perelome vremen. Proza ocherchivaet problemy, poėzii͡a pomogaet ikh perezhitʹ. Potomu chto tolʹko ona mozhet pozvolitʹ sebe obrashchatʹsi͡a k "golym" ėmot͡sii͡am. Predydushchai͡a ėpokha -- vremi͡a "bolʹshikh" romanov Turgeneva, Tolstogo. Teperʹ romanisty uzhe ne uspevali za vremenem. Veku byla neobkhodima skorai͡a pomoshchʹ -- stikhi! Li͡ubovʹ i smertʹ -- vechnye temy dli͡a poėzii. Pisatʹ i chitatʹ o smerti ti͡azhelo, no, ne pomni͡a ob ėtoĭ teme, navissheĭ nad kazhdym domom, my ne poĭmem ėkzalʹtat͡sii li͡udeĭ Serebri͡anogo veka i ikh stremlenii͡a k inoĭ zhizni, v t͡sarstvo ideĭ, gde li͡udeĭ ne presledui͡ut iskushenii͡a ploti. I ne poĭmem ikh istuplennoĭ li͡ubvi drug k drugu, k blizkim po dukhu, k blizhnim -- v samom bukvalʹnom i obydennom smysle ėtogo slova. V mifakh Muzy ne tolʹko vdokhnovli͡ai͡ut poėtov, oni i sami poi͡ut gimny, proslavli͡ai͡a geroev. V Serebri͡anom veke Muzy chasto sami tvort͡sy. Teperʹ poėt mog poluchitʹ ot damy serdt͡sa ne tolʹko t͡svetok, no i sonet, a neradivyĭ li͡ubovnik mog bytʹ osmei͡an i prili͡udno pripechatan edkimi i͡ambami. I ėto delalo li͡ubovnye otnoshenii͡a po-nastoi͡ashchemu slozhnymi i zakhvatyvai͡ushchimi."-- Provided by publisher.

"К моменту зарождения культуры Серебряного века стране только предстояло пережить Кровавое воскресенье и ужасы Первой мировой. Но предчувствие беды уже зрело. Было ясно, что прежняя жизнь продолжаться не может. И поэзия, музыка, живопись, как натянутые струны, резонировали с этой дрожью... Географические рамки Серебряного века узки -- в основном это Москва и Петербург. Большинство поэтов и поэтесс были знакомы и стремились увидеться. И, разумеется, они писали друг другу стихи, и эти стихи лучше всего представляют эпоху. Поэтому они оказались так важны на переломе времен. Проза очерчивает проблемы, поэзия помогает их пережить. Потому что только она может позволить себе обращаться к «голым» эмоциям. Предыдущая эпоха -- время «больших» романов Тургенева, Толстого. Теперь романисты уже не успевали за временем. Веку была необходима скорая помощь -- стихи! Любовь и смерть -- вечные темы для поэзии. Писать и читать о смерти тяжело, но, не помня об этой теме, нависшей над каждым домом, мы не поймем экзальтации людей Серебряного века и их стремления к иной жизни, в царство идей, где людей не преследуют искушения плоти. И не поймем их иступленной любви друг к другу, к близким по духу, к ближним -- в самом буквальном и обыденном смысле этого слова. В мифах Музы не только вдохновляют поэтов, они и сами поют гимны, прославляя героев. В Серебряном веке Музы часто сами творцы. Теперь поэт мог получить от дамы сердца не только цветок, но и сонет, а нерадивый любовник мог быть осмеян и прилюдно припечатан едкими ямбами. И это делало любовные отношения по-настоящему сложными и захватывающими."-- Provided by publisher.

Notes:

Includes bibliographical references (pages 438-441).

Local Notes:

Acquired for the Penn Libraries with assistance from the Harry E. Humphreys Book Fund.

ISBN:

9785227097262

5227097267

OCLC:

1335885951